| Полста и год бессмысленно, бесцельно Прошли, как будто вовсе и не жил… И вновь: тюрьма, «запретки» и решетки, А на душе тоска-печаль и в сердце пустота… |
«Исследуйте себя внимательно, исследуйте, народ необузданный… …Взыщите Господа… может быть, вы укроетесь в день гнева Господня» (Соф. 2:1–3). или «To be or not to be… How to be?» (Быть или не быть… Как быть?!!) |
Так для чего же мне дана судьбиной такая доля — нет, не жизнь, а доля — что столько лет прошло, как мрачный сон, и лишь, как окна, в небесах отверстые, порой злой рок давал поблажку вкусить свободу иль… испытать свободою меня?..
Так что же дальше? В чем смысл жизни этой? Ведь не вернуть ушедшие года. Жизнь быстрокрылой птицей серебристой лишь промелькнула, скрывшись в солнца золоте лучей и… Только тень… Лишь горечь, боль утраты всего, что в жизни можно было совершить… успеть… достичь… постичь…
Так что ж, неужто боле нету, нет ни смысла, ни надежды существованье в этом мире с толком продолжить?!! К чему, зачем и почему дана была мне жизнь такая и в чем секрет того, что не сумел достойным жизни быть?!!
«Наставь юношу при начале пути его: он не уклонится от него, когда и состареет» (Пр. 22:6).
Довольно часто во мне как бы звучит напевно-речитативное: «Причащается раб Божий, А-лек-са-а-ндр…»
Это детство, когда с бабушкой и мамой на Великие Праздники Христовы вместе ходили в «Трехсвятительскую» церковь (теперь Кафедральный собор, восстановленный после закрытия году в 59-60-м, точно не помню). До сих пор вспоминаются: «царские» ворота алтаря, справа огромное распятие Христа («Боженьки»), мерцание лампад, свечей и в этом таинственном свете лики святых на образах, Георгий Победоносец, поражающий копьем змея-дракона, приятный запах ладана из кадильниц… В правом притворе была отгородка. И вот по-сле исповеди у отца Григория всех нас (детей) приводили в этот притвор. Наконец долгожданное событие — из дверей выходит священник с чашей, и мы причащаемся с золотой ложечки чем-то, похожим на варенье. Затем перемещаемся к столику, где съедается кусочек просфоры и запивается церковным вином.
Был и такой случай.
Однажды мать со второй смены не пошла на всенощную, и с девяти вечера я один (правда, присматривала мамина знакомая «тетя» Поля) отстоял её. Встретил маму уже после крестного хода с иконами, хоругвами, когда она принесла «пасвяцаць» пасху… Пасха была где-то в конце апреля, и погода стояла теплая, ясная. Мы, пацаны, трескались носиками крашеных яиц. Ну, а я, конечно, хвастал, как один отстоял всенощную, и даже возле плащаницы, а потом её не стало, пока обходили церковь с пением. И вот тут Фимка Баскин очень заинтересовался Богом-Христом. Но что я сам мог ему объяснить, коль бабушка была неграмотная, а мать самоучкой лишь молитвенник по складам читала?.. Выход нашелся — решил сводить Фимку в церковь, показал, как креститься при входе, перед иконами; по кругу перецеловали все иконы и распятие, перекрестились и пошли…
Народу было мало, но бабки только головами качали: мол, где это видано — жидка в храм Божий привел, а тот крестится да православные иконы с распятием целует. Дошло после и до мамы наше «похождение», все донимала при гостях: «Ну, так как ты Фимку в церковь водил?»
Но кто бы и что мог рассказать мне в то время обо всем как надо?..
«Литературе есть что сказать всему, что только есть в человеке (если мы ей дадим что-то сказать), — она влияет на все составляющие души нашей, касаясь и разума, и чувств» (Энн Франко. >66=666?, или Как быть с курочкой-рябой. «Ветви», № 15, 1999 г.)
Где-то в 20 лет прочитал книгу Миколайтиса-Путинаса «В тени алтарей». В то время на многое из жизни «нашего» общества у меня уже был свой, отличный от «линии» взгляд. Этому способствовали как взаимоотношения с теми, кто был поставлен «перевоспитывать» (были и такие, что готовы и тогда «баржами в Енисей»), так и общение с бывшими «врагами народа», даже «бендеровцами» и полицейскими. Были и умные, высокообразованные преподаватели вузов, а затем и кое-кто из студентов-диссидентов… Шла вторая половина 60-тых. Преподаватели в вечерней школе также были достойные люди с интересными взглядами на жизнь, движущуюся «от лозунга к лозунгу»…
Это было время Евтушенко, Вознесенского, Ахмадуллиной, Смоктуновского с его «Гамлетом», Высоцкого… Кипели страсти…
И вот для меня открылся новый мир, мир духовности религиозной. И пусть в книге Путинаса как бы исподволь многое подводилось под «цемрашальства» (мракобесие — бел.) религиозной жизни, показывались интриги сановников духовенства, но… Хоть мир я воспринимал материалистически-вульгарно, в этой книге меня привлекло не то, что «герой» в конце концов «рвет» с той жизнью и уходит в мир, а то образование, та внутренняя культура, те знания (всесторонние), что он приобрел за период обучения от семинарии до академии и стажировки на Западе. Герой произведения М. Путинаса был не только одухотворенным человеком, но и имел лучшее образование, какое только возможно было обрести в то время (где-то 30-е годы, да и сейчас). Подоплека, конечно, светско-мирская любовь, но для меня все это было откровением…
Оно явилось стимулом, тем толчком, после которого все свои годы самостоятельно, бессистемно, начал искать и вбирать в себя все, что только мог достать по различным областям духовного познания: от философии с психологией до самых первобытных верований…
Сейчас могу лишь благодарить Бога, что этакая «каша» не свела в дом «всегда счастливых» и что Он все же привел меня на путь познания единственной и абсолютной истины Любви, — и какая разница, каким путем, через что и как…
«…Возложат на вас руки и будут гнать вас, предавая в синагоги и в темницы…» (Лк. 21:12)
За пять лет (с 16 до 21) на свободе увидел, узнал, соприкоснулся почти с тем же, что понял и как представлял себе, будучи «там».
Но стремление получить образование было сильно, и, как на «подготовительный факультет», пробился в заочный университет (впервые ставший трехгодичным с дипломом о высшем политобразовании) «двух гениев»… Группу политэкономии не набрали, и я оказался в ПХА (партхозактиве). И это с моей «биографией». Не хвалюсь, а констатирую то, что было. За успехи одним из первых десяти получил зачетку и мог пользоваться райкомовской библиотекой и читать все, вплоть до «Mein Kampf» (как объяснял историк КПСС). Такие дела: живи, радуйся свободе, наслаждайся жизнью, расти в познаниях, «пробивайся» по лестнице вверх… Это 1969-й…
Но судьбе угодно было иное. Танцы, знакомство с девушкой — их шестеро… У потерпевшего папа — бывший милиционер, а у меня позади… Вместо «превышения самообороны» дали 6 лет, наверное, в «целях идейного роста»…
1970-й. Ивацевичи, ИТК-5. Работаю в «инвалидной» бригаде, делаю кубики-картинки.
В один из октябрьских дней в бригаду дали новенького: невысокого роста, плотно сбитый, правда, прихрамывал (по колено протез); кругловатое лицо со смущенно-приветливой, но не слащавой, а открытой улыбкой не отталкивало, не настораживало, а как-то привлекало, притягивало к себе. По всей видимости, виноваты были глаза… Они излучали некий таинственно-манящий свет, казалось, что-то отогревающий внутри смотрящего в них. Но взгляд был серьезен и чувствовалась сила, исходящая из глубины и не позволяющая играть в недостойные игры с владельцем этих глаз… Голос также мягкий, но без елейности. По необходимости слышался в нем и металл.
Это был Михаил Дмитриевич Барташук, сапожник из Бреста, осужденный «за спекуляцию». А что ещё могли предъявить христианину-баптисту (из «запрещенного» Совета церквей), если не очень-то и «давали» статью за «вероисповедание»?..
Так уж получилось, что между нами установились добросердечные дружеские отношения. Часто на прогулках в уединении от посторонних «ушей» он рассказывал мне о Христе, о течениях в христианстве, читал поэму о Стефане, юноше, брошенном в Риме за веру ко львам… Я даже 1-й псалом выучил в первые же дни нашего общения.
В зоне были ещё верующие, и, когда «пришел» Михаил Дмитриевич, они изредка стали собираться в бане для служений. Делались намеки и мне, но… Я был далек от того, чтобы сердцем принять Христа, отдаться той чистоте, что доступна всякому, приходящему к Нему… Во мне ещё было много противоречий и кипела обида, злость на «несправедливый» срок. Кто, кроме Бога, может знать о справедливости?! Но тогда…
Во второй половине апреля я уходил этапом в перепрофилированную с общего на строгий режим оршанскую ИТК-12. Но где-то за неделю до этого мне довелось быть свидетелем силы Слова Божьего, его обетования в действии. По приходу Михаила Дмитриевича в зону у него отняли маленькую Библию и записную книжку. Так он с Божьей помощью сумел убедить замполита (рьяного коммуниста, фронтовика-танкиста) в том, что нужно вернуть отнятое хозяину.
1971-й, а в зоне на руках у «зека» (тогда ещё писали з-к) наизапрещеннейшая литература для пропаганды Божьего слова!!!
Когда я «уходил», то при прощании Михаил выразил надежду когда-нибудь встретиться братьями. В нем была эта уверенность…
«Мои мысли — не ваши мысли, ни ваши пути — пути Мои, говорит Господь» (Ис. 55:8). Аминь.
Разве мог я тогда даже предполагать, что и на свободе (вторая половина 70-х — начало 80-х) встречусь с Виктором-баптистом и буду иметь общение, а в 81-м мой сын и его будут в роддоме кормиться молоком моей жены?..
Но тогда обо всем этом не очень задумывался и лишь мать и жену в ответ на упреки: «Зачем тебе выпивка?» (хотя пил в «пределах» — работал все 8 лет свободы почти на одном заводе и даже малосемейку получил в 82-м) — попугивал: вот уйду к баптистам и даже курить брошу, только…
Только вот смущало, что в больнице можно, а после выхода — уже нельзя от «неверующей» молоком кормить, лучше на искусственном питании. Да ещё и моя мать «грозилась» на порог не пустить, если «пойдешь к штундам»… Правда, и без этого во мне было от чего не совершить этот «подвиг»…
А матери нравилось, когда читал ей по-церковнославянски книги с красными буквицами, что иногда брала у «батюшкиной» жены… Раз даже на работу принес девчатам почитать, чтоб послушали. Мол, вот я какой «спец». А одна, Люда, и сейчас посещает в Могилеве «Вифанию», ЕХБ. Действительно, «пути Господни неисповедимы»…
«Но я открыл Тебе грех мой и не скрыл беззакония моего…» (Пс. 31:5)
Апрель 1986-го. Поселок Икса Плесецкого района, рядом строится г. Североонежск (бокситные рудники), по прямой, километрах в ста, поселок Мирный (космодром), головная зона ОУ-250/1–22… (Зон там много — куда ни ткнись, сплошь да рядом.)
До конца трехлетнего срока 6 месяцев. С самого начала ощущалось как бы «проклятие»… Только в Орше стало налаживаться — этап на «дальняк» в «Архару» (Архангельская область); только здесь стал обживаться — перевод в другое звено и… травма левой кисти… А проклятие было, и кому как не мне это знать…
Так вот, под «финиш» потянуло меня на Ф. М. Достоевского, благо в библиотеке была подборка его книг. И тут меня как ударило. Начал перерывать всю атеистическую литературу от Луначарского с его «богостроительством» до справочников, в которых описывались вероисповедания, культы, обряды, рассматривались вероучительные книги, различия между учениями. Из «о христианстве» брал лишь то, что являлось выдержками из Библии или выражения служителей. Мысль работала напряженно, так как начал многое вспоминать, сопоставлять с тем, что было в моей жизни…
И вдруг — Чернобыль… По телевизору, в газетах — лица первых жертв «мирного» атома, человеческой безалаберности — погибших пожарных… Пожарных?!.
Как при вспышке молнии, в памяти высветился тот памятный октябрьский вечер 81-го, морось, темнота, и вдруг… Реакция не под-
вела — слетели лишь очки… все же зацепил, но… Да, больше уже никого не «зацепит»… Он тоже был пожарный…
4 июня 86-го сделал шаг, на который тогда, в 81-м не решился. Сейчас было другое время: поднимались и пересматривались «дела» и приговоры («витебское»)… В «те» годы со мной бы не «чикались» (он ещё и «внештатником» был), а теперь… Никто не знал о том, что совершено мной… Однако внутренне ощущалась вся тяжесть содеянного, хотя и успокаивал совесть тем, что однажды «познакомился с правосудием по справедливости»… И все же жизнь стала иной, что-то пошло не так, начались срывы… В 83-м (через два года) решил «уйти» на время — дали три года, но…
«…Слово Мое, которое исходит из уст Моих, — оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его» (Ис. 55:11).
Сейчас несколько проще говорить об этом, а тогда… Пробуждающееся понимание того, что материнское проклятие и Божье возмездие неотвратимо, что от этого никуда не спрятаться, не «уйти» ни в себя ни куда-нибуь ещё, начало будоражить, не давать покоя… Появилось смутное, но желание того, чтобы его мать, родные узнали, поняли причину трагедии, что она была в нем самом, а я превысил то, чего можно было бы и избежать… что вина моя была только в обиде и злости на прошлую несправедливость, мол, пусть больше никого не «тронет»… Теперь это выглядит иначе…
Думал, добавят «як мае быць» и дал свободу выбора жене (у нас сын), а она воспользовалась ею. Так остался один… Добавили по минимуму, учли повинную и зачли отсиженные три. В тюрьме постоянно размышлял о своих исканиях Бога, обращался к Нему, как умел, и читал (из детства) «Отче наш»… На следующий день после приговора объявили амнистию и располовинили остаток.
Это не человеческое… Это Божье провидение и волеизъявление, благоволение ко мне, грешнику, воззвавшему к Нему о милосердии от осознания никчемности своих усилий, стремлений что-то изменить в себе, понимания, что они — ничто против воли Отца Небесного…
«Дух человека переносит его немощи; а пораженный дух — кто может подкрепить его?» (Пр. 18:15)
Август 1988-го. Свобода встретила как никогда радушно, даже разрешили «поднадзорному» в Ригу съездить. Быстро устроился (на прежний завод), дали комнату на одного (чтоб отдельно от «жены»). С бывшей семьей отношения стали только по-деловому человеческими (правда, полгода и пожили вместе, но склеивать разбитый стакан нет смысла)… На работе все нормально, пересдал и восстановился на учебу в политехникум (только уже на заочное), выпивал лишь по случаю торжеств, а повсюду «интересные» разговоры, «гласность», «демократия», прилавки пустеют, в газетах — то, о чем узнал ещё в 16 лет и о чем умолчал Солженицын; на Советской площади «шкловский» Рыгоравіч у трох кроках ад мяне з бел-чырвона-белым сцягам (я тады ў пікеце ад БНФ стаяў побач з ім — ведаць бы, як усё абернецца пасля)…
Но что умному на пользу — дураку во вред. «Расчувствовался», обжился, из ОТК перешел на станок (с моей рукой — после травмы), зарплата уже ого-го… Ну и…
Куда и свечки, ставленные в церкви по освобождении, куда и «идеи» (а были ли они?)?.. Винить некого — причина была во мне, и получил по заслугам.
«…Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9:13)
«Я открылся не вопрошавшим обо Мне; Меня нашли не искавшие Меня» (Ис. 65:1).
И вновь Орша, ИТК-12. Конец 91-го… Это было время «пика» активности различных миссий от кришнаитов и сахадж-маргистов до… А вот тут надо и остановиться. В середине 92-го очень внимательно прочел «Бхагават-Гиту…», а вслед за ней принялся за Новый Завет. И до чего же простым и понятным все оказалось: возлюби и будешь любим — какие проблемы?.. Но попадает в руки «Сахадж-Марг», «Энергетика» Тихомирова, «Путь…»
В декабре решил посетить евангелизационное служение ЕХБ и пятидесятников (отделившихся от первых где-то за год-полтора до того), послушать, как и что. Что-то понравилось, задело за живое, кое-что не совсем, и даже сомнения появились: как это так, проповедуют одно, а сами друг другу в чем-то непонятном не уступают. Начал вникать в Послания и просить Господа разъяснить, дать разумение. Вот так в конце января-начале февраля 93-го и пришел ко Христу Иисусу, а 5 февраля 95-го принял водное крещение, правда, не без некоторого «нажима», убеждения в необходимости.
Община, созданная в колонии, была для меня лишь теплицей для выращивания саженцев. Многое давалось, открывалось, уча общению через Слово и с братьями, и с Господом. Но вот стал, был ли действительно возрожденным, об этом может судить лишь Он Сам, а я… Внутренне ощущалась потребность и удовлетворение в таком общении, в служении, но стало ли это целиком моей жизненной необходимостью, жизнью в Слове и с Ним во всем до мелочей? Могу только сказать, что не рисовался и не показывал, не выдавал себя за кого-то уже просветленного и освященного в праведности Христовой… Ещё только начинала развиваться корневая система, распускались бледненькие нежно-зеленоватые листочки… И снова свобода — 1995-й…
" Нечестие беззаконного говорит в сердце моем: нет страха Божия пред глазами его» (Пс. 35:2).
О Господь, Ты влечешь меня к себе Своею простотой, чистотой и притягательностью, возвышающей познавших Тебя, любовью Твоей беззаветной, не вызывающей сомнений в верности пославшему Тебя в этот мир во плоти Отцу Небесному, жертвенностью во имя спасения рода людского… Но почему же Ты создал меня таким противоречивым: доброта и жестокость, совестливость и низменная лживость поступков, подлость, влекущие к преступлению Божьих и человеческих законов, мелочность и суетливость с широтой и бескорыстностью души, возвышенность мыслей, устремлений к прекрасному и тут же — низменное удовлетворение похотей… Как все это вместилось в меня, в чем причина этой нерасторжимости?..
«Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю» (Рим. 7:19)..
Знаю, что «не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!“, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7:21)..
Так разве это Он, любящий Господь и Бог, соделал меня таковым?!.
«Самоанализ некоторые ещё склонны отождествлять с рефлексией, а рефлексию — с бесполезным и безвольным „интеллигентским самокопанием“, как будто нет здорового самоанализа и как будто без него — самооценки и заглядывания в самого себя — человек может стать настоящим человеком…» (А. Адамович)
«Все животные равны. Но некоторые равнее других» (Оруэлл. Скотный двор)
«Человек начался не тогда, когда в драке поднялся на задние лапы, чтобы ловчее было схватить передними за горло своего врага, — человек начался с того только момента, когда понял, что он есть он, когда сам себя как бы увидел со стороны…» (А. Адамович)
Так что же — свобода?..
А на свободе — «Благодать», но сначала её (общину) нужно было разыскать. Пока нашел, посещал (по соседству, где жил) «Вифанию» ЕХБ, там и встретил уже сестрой Люду, перед которой когда-то «дразнился» умением читать церковные книги на церковнославянском. Пресвитер, присмотревшись, решил побеседовать со мной. Когда же услышал ответ про «языки», то: «Лучше вам все же туда пойти»… Только вот никто не мог подсказать, где они проводят служения. А у меня получалось «нечто» говорить, даже стишок «перевелся», но сам как-то неуверен был, что это те языки, о которых апостол Павел говорит (1 Кор. 14)… Дело в том, что приходилось соприкасаться с медитацией «на мантрах» из йоги, а там как бы «включается» подсознание, и…
В общем, в одно воскресенье съездил в одно место… И вот, еду в троллейбусе, и на одной из остановок заходит группа молодых ребят (были и постарше) и начинают прославлять имя Господа Христа, да ещё под гитару… В салоне оживление, кто головой «крутит», чтоб получше рассмотреть, а кто это там так, у кого лицо расплывается в улыбке, куда-то исчезает угрюмость, все как бы просветляются… Подошел, спросил откуда и… Приехали на место — ДКиТ «Химволокно». Аж дух захватило, где собираются!.. Поговорил с пастором, и так получилось, что номинально стал членом общины церкви «Благодать». Правда, когда коснулось, узнал, что «официально» (по журналу) незарегистрирован. Но дело не в этом, так как основная регистрация проводится не здесь, а на небесах…
Встретили-приняли, как и подобает христианам. В служении (на собраниях) мне нравилось буквально все, пока…
В июле-августе в Могилев приехал проповедник-евангелист от адвентистов седьмого дня из Калифорнии. Многие из «Благодати» посещали его служения, покупали книги Е. Уайт, Библии. И вот на одном из собраний наш старший в проповеди затронул этот вопрос: «З-з-зя!» И точка. Где-то через месяц довелось мне с ним ехать на служение ночного бдения. Состоялся разговор: «А знаешь, брат, у меня тоже все пять книг Уайт есть, но ведь никто не заставляет тебя, меня или ещё кого следовать некоторым „установкам“, а в остальном все прекрасно изложено», — сказал ему в ходе разговора, и что же услышал: «Все — чепуха. С ними нужно расстаться, вплоть до „сжечь“»… Господи!!!
Затем, ещё через пару недель начались «падения-обмороки». Но пред Богом почему-то все падали ниц, а тут — животом вверх. Да и зачем Духу Святому являть Себя таким образом, разве дары Духа Святого уже исчерпались, а как же один дар ещё тогда действует, языков, или это исключение из реестра тех, что уже не «раздаются»?
А насчет обмороков — мы ещё в 50-е годы в пионерском лагере это проделывали: «Дыши глубже ртом, на все легкие, несколько вдохов, и…» Затем нам разъяснили всю физиологию этих «вдохов». В «Живом потоке» тоже медитируют и «вдыхают Христа». Чем одно от второго отличается?! Да и ни апостолов, ни Корнилия с семейством никто не учил произносить или не произносить слоги или звуки: Дух Святой Сам действовал и давал провещевать и языком, и языками так, как угодно было Богу. А что есть место про «…Лепечущими устами… будут говорить…» (Ис. 28:11), то это не в прямом смысле и не о настоящем времени, а когда «Оживут мертвецы…» (Ис. 26:19) Нужно не стих выхватывать, а зреть в корень… Да, все мы во Христе восстаем из мертвых, но опять же, там не о том. Не нужно подгонять нечто к чему-то… При Маккавеях Израиль был в славе и независим, а по пророчествам далее говорится о его падении и явлении «непризнанным своими» Мессии. Так что… Но это иная тема. К тому же что это за «лепет», когда зубами стучат, как от холода?
Сказано: «Вынь бревно из…» Да, я не был идеальным христианином, однако, как ни рули, а колея одна и с нее не свернуть на грунтовой дороге, особенно, если по сторонам мелиорационные канавы… Вопрос ещё в том, кто за баранкой и чего водителя занесло на этот проселок с шоссе?.. Это не про меня, так как, иногда незаметно, а иногда явно, не чувствовал уже того восторга, что переполнял меня вначале. Начал создаваться хор — и я туда. Затем съездил в Барановичи на встречу принявших Христа и пострадавших в недалекое время в зонах… Узнал, что ещё жив брат Михаил Дмитриевич Барташук, — он тогда был прав. По возвращении, переполненный радостью, получил от пастора «предупреждение» (даже не захотели меня выслушать)… Эта моя обида да ещё и «шаткость» переросли в «поруганную честь и гордость». Покинул служение. Не смог преодолеть себя бывшего, не укротился, а наоборот, так «взбрыкнул», что и неприятности нажил. Пытался возвращаться, принимали, ибо не «молол» лишнего — это не мог. Но все равно удалялся дальше и ниже от общения с Господом, пока наконец…
«Пес возвращается на свою блевотину…» (2 Пет. 2:22)
Так почему же не удается вырваться из порочного замкнутого круга свободы и тюрьмы, света и мрака, милосердия Божия и жестокосердия нелюдя, слез отчаяния или радости (испытанной от общения с высшим) и последующих бытия-небытия, памяти или… забвения?!.
Выходит, есть предрасположенность к такой жизни-существованию «на помойке» человеческих «отбросов»? Но почему же тогда, когда оказываешься в тесных «экстремальных» условиях, когда тесно в душе, сердце, голове от тяжелых дум, когда все, казалось бы, должно затухнуть, задохнуться в себе от самого себя, как угли под слоем золы и пепла, — начинается движение «пробуждения» всех лучших чувств, стремлений и порывов, что только могут быть в человеке, все обостряется и изливается в чистоте и полноте?.. Где-то читал, что один человек писал популярнейшие детективы, чтобы самому наяву не совершить описываемых злодеяний…
Не знаю, но…
«Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Иак. 1:8)
Истинно, середины нет и не может быть — иначе это серая посредственность, мышиность, никчемность. А не в этом ли и заключается прозябание в отпущенные мне годы в бессмысленной трате жизненного дара, что мечты, грезы, стремления наяву воплощаются лишь в нечто противоположное от желаемого из-за ничего не делания достойного для их воплощения в делах, поступках и в результате недоведения возможного до закономерного финала?..
Безвольность? Безволие — это тряпичность натуры! И ты, как тряпка после уборки отхожего места, — кажется, и промыта, и выполоскана, а полежит… и заванивается…
Жестоко? А такая жизнь не была ли Жестокостью (да, с большой буквы) к родным, к незнакомым людям, к Господу Христу, пролившему и проливающему поныне Свою чистейшую, священнейшую, праведную Кровь и за тебя такого?!!
Но ведь доставало ума, фантазии, воли совершать то, что совершал вопреки внутренним установкам, совести… А значит… Импульсивность? Нет, потакание слабостям, потеря контроля из-за того, что многое сходило с рук и появлялось чувство безнаказанности, удали… Но Господь долготерпелив и суров… И Он все ещё призывает: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные…» (Мф. 11:28).
Так, может, все же возвратиться, как блудному сыну, к могучему Отцу прошедшего, грядущего и сущего во веки веков, слившись воедино, как Сын Его единородный, всех Искупитель — Иисус Христос?!
«…Приходящего ко Мне не изгоню вон» (Ин. 6:37).
Ты шел за Мной?
Ну что ж — иди! Я принимаю тех, кто плачет, но лишь о том, что жизнь иначе прожить не может без Меня…
«Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности» (Евр. 12:11).
Знаю и уверен, что в настоящее время наказан согласно Слову Божьему. Ибо со «всякого, кому дано много», много и спросится… Не сумел, отпустил «тормоза», личное «я» поставил во главу. А что такое это мое «я»?!
Да, было то, с чем внутренне не соглашался; было — слышал дома «антихрист, перекрещенец»; было — срывался и мог прийти домой «на рогах», «на автопилоте»; было — отвечал ещё резче; было — что и сам поступал несправедливо, без почтения, без любви… Все было!..
А вот Христа!.. Есть проекты и «прожекты». В моей жизни второе преобладало, и вот здесь вся закавыка: она во мне…
Любовь познается в кротости и смирении пред Тем, Кого любишь, для Кого можешь, не задумываясь ни на миг, пожертвовать даже жизнью своей…
И я благодарен за все обстоятельства, в которых пришлось научиться этому. Пусть ещё многое предстоит сделать, переделать, пересмотреть, чтобы быть, стать достойным Его Любви, так как вначале Он, наш Отец Небесный, нас возлюбил, и до того, «что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16)...
Труден путь и нелегка дорога, но каждый обязан пройти все, что заповедано… Только постоянно пребывая со Словом Божиим, возможно преодолеть все препоны и невзгоды на пути, указанном Иисусом Христом, «ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь» (Рим. 11:36). Для Бога ничего невозможного нет, а значит, и мы, имея через Слово общение с Ним, способны совершить по благоволению Его то, о чем и помыслить не можем. И все это по вере в Того, Кто Сам взошел на Крест, приняв на Себя грех человечества и смерть… Но во славу Бога Отца в третий день воскрес, «смертию смерть поправ» Духом Святым, чтоб и мы, уверовавшие, имели чрез Него, с Ним и в Нем новую жизнь, совоскреснув по обетованию Божию в вечность…
Как же я благодарен сейчас за все, что прошел в своей жизни; как благодарен за то, что нахожусь сейчас здесь, а не (от безысходности) уже в аду; за то, что Господь и Бог мой не отринул и не низринул меня, не отверг, а дал возможность через покаяние, молитву, веру обрести уверенность в том, что для меня ещё не начертано: «мене, мене, текел, упарсин»… (Дан. 5:25)
И пусть кто-то говорит: «Сколько же можно проституировать и затем плакаться?..»
Сказано раз и навеки: «…Каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7:2).
А я предаю себя в руки Такого Судии, Которому и времена, и веки, и все сроки подчинены… Аминь.
А вот таким я все же остался по любви, милости и долготерпению Отца моего Небесного Господа Христа Духом Святым, и это не от меня, чтоб был смирен и не возносился:
«Пред Господом Богом я грешен,
И кто же не грешен пред Ним?
Но тем я хоть мало утешен,
Что брат я всем братьям моим,
Что слезы мне все симпатичны,
Что с плачущим плачу и я,
Что в сердце есть отзыв привычный
На каждую скорбь бытия» (П. А. Вяземский)
Каким бы я ни был, но вот это почему-то с детства всегда пребывало во мне, невзирая ни на что…
Да благословит Господь читающих эту исповедь и даст разумение, а не осуждение в сердце… И не нужно искать себя в Христе, а лучше — Его в себе, в своих сердцах, душах, духе, пробужденном и укрепляемом Духом Святым, что исходит от Бога Отца чрез Господа нашего Иисуса Христа. Да благословит Бог…
(январь 1999-го — май 2000-го)
